Битва за Москву: кто обеспечивал энергией город и фронт в переломный момент Великой Отечественной
В этом году исполняется 85 лет с начала Битвы за Москву — первого переломного сражения Великой Отечественной войны. Накануне Дня Победы рассказываем, как в осажденной столице поддерживали работу электростанций, строили рубежи под высоким напряжением и производили топливо в считаных километрах от линии фронта.
Как трубы превратили в «деревья», а канал — в «улицу»
Москва начала готовиться к наступлению врага заранее: в середине июня 1941 года руководство Мосэнерго получило секретный приказ о переводе энергетики на военные рельсы. Предстояло создать подземный диспетчерский пункт, подготовить эвакуацию оборудования и планы по его уничтожению на случай захвата врагом.
Первый авианалет на Москву произошел уже 22 июля. За следующие десять месяцев немецкая авиация сбросила на столицу более 100 тысяч фугасных и зажигательных бомб. Одной из главных задач стала светомаскировка объектов энергетики. Электростанцию на Раушской набережной замаскировали под жилой дом: над зданием появился фанерный «этаж», а высокие трубы превратили в «деревья». Водоотводный канал поблизости заставили баржами с нарисованными крышами, чтобы с воздуха он напоминал обычную улицу.
«Немецкий истребитель утром сбросил бомбу на ГЭС-1 — она попала в машинный цех и повредила турбину, но не взорвалась. Военные вывезли снаряд, а мастера ремонтных мастерских Мосэнерго укрепили и сварили поврежденный корпус. Турбину удалось вернуть в работу», — вспоминал ветеран Мосэнерго Александр Сычков.
Днем — у турбин, ночью — на крышах
На крышах домов, в том числе на здании самого Мосэнерго, размещали посты малой противовоздушной обороны. Дежурные должны были сбрасывать зажигательные бомбы, тушить пожары. Ветеран энергетики Василий Сатаров вспоминал, как с коллегами возвращался к работе после бессонных дежурств.
«За ночь нас могли несколько раз поднять по боевой тревоге. Помню, как после отбоя мы стояли на рассвете на крыше здания: пахло гарью, все Замоскворечье было окутано дымом. Отчаянно хотелось спать, но мы все равно возвращались к работе», — рассказывал он.
Многие сотрудники жили прямо на станциях — спальные места обустраивали в подвалах и служебных помещениях.
«В свободное от работы время я дежурила на крыше здания на Раушской. Несколько раз во время налетов со мной дежурил Михаил Яковлевич Уфаев — в то время директор нашей электростанции», — вспоминала работница ГЭС-1 Мария Абрамова.
Дрова вместо угля и стройка под обстрелами
С началом Битвы за Москву осенью 1941 года, когда немецкие войска подошли вплотную к городу, московские электростанции столкнулись с перебоями поставок топлива. Необходимый для ТЭЦ уголь с Донбасса перестал поступать в прежних объемах — пришлось срочно переходить на подмосковный уголь, торф и даже дрова.
Настоящим спасением стали торфяные электростанции — Шатурская государственная районная электростанция и Орехово-Зуевская теплоэлектроцентраль. Одновременно энергетики спешили подключить к Москве новую Рыбинскую гидроэлектростанцию. Линию электропередачи через Волгу строили под бомбежками, в распутицу и при острой нехватке рабочих рук. Монтажникам приходилось трудиться по 16 часов в сутки, им помогали подростки из соседних деревень.
Уже в ноябре 1941 года Рыбинская ГЭС подала в Москву первый ток. По воспоминаниям очевидцев, гидрогенератор укрывали от дождя брезентовым шатром, а пульт управления обогревали самодельными печами. В разгар Битвы за Москву город получил энергию, которая помогла людям пережить тяжелую зиму.
Электрический рубеж на пути врага
Электричество в годы войны не только питало города, но и разило врага. Осенью 1941 года на Можайской линии обороны начали строить «электрический рубеж» — систему заграждений под высоким напряжением. Ее основой стали ряды колючей проволоки с оголенными проводами, подключенными к сети через подземные трансформаторные подстанции. Электрозаграждения растянулись на 230 километров и затруднили продвижение противника.
«Немецкие войска нигде на подмосковных рубежах не преодолели электрозаграждения, — писал руководитель проекта, военный инженер Михаил Иоффе. — Попытка пехоты прорваться в районе деревни Козино у Волоколамского шоссе привела к тому, что несколько десятков гитлеровцев были смертельно поражены электрическим током».
Долгое время информация об электрическом рубеже оставалась закрытой. Лишь в 1990-х историки узнали о необычной системе обороны, а сегодня в подмосковной деревне Нефедьево установлен памятный знак в честь инженеров и энергетиков, участвовавших в ее создании.
Топливо для фронта
Топливным сердцем столицы в те дни стал Московский нефтеперерабатывающий завод, носивший тогда название «Московский крекинг-завод». Он обеспечивал Красную армию автомобильным и авиационным бензином, керосином, соляркой и мазутом, зажигательными смесями, артиллерийскими и ружейными смазками.
С осени 1941-го МНПЗ перешел на осадное положение. Противник стоял в ближнем Подмосковье, соседние предприятия эвакуировали на восток. По воспоминаниям ветеранов, хотели эвакуировать и МНПЗ, но завод отстоял его директор — Петр Финенко.
«Петр Кондратьевич рассказывал, как в напряженные дни октября 1941 года некоторые ведомства настаивали на немедленной эвакуации завода, — писал Михаил Черныш, возглавлявший в годы войны группу по нефти в секретариате Правительства СССР. — Только его личная настойчивость позволила сохранить поставки горючего ближнему фронту и самой Москве».
К концу октября 1941 года нефтепереработка велась рядом с линией фронта. Танки и грузовики Красной армии заправлялись прямо на заводе — и оттуда по осенней распутице уходили в бой. Некоторые цеха закрывались, работники уходили на передовую — но даже в таких условиях нефтяники смогли нарастить объемы и выпускать на четыре вида продукции больше, чем до войны.
Решительный удар
Топливо сыграло особую роль в Битве за Москву. Как отмечают историки, немецкий бензин в сильные морозы густел, буквально превращаясь в кисель. Горючее, которое делали на МНПЗ, не боялось холодов, и заправленные им танки могли разить врага в любую погоду.
В декабре 1941 года Красная армия перешла в контрнаступление. Неожиданная атака стала шоком для немецкого командования. Сражение растянулось на 203 дня, став одним из самых масштабных во Второй мировой войне. За это время войска, по данным историков, израсходовали около 294 тысяч тонн горючего и смазочных материалов.
Стойкость и героизм защитников Москвы позволили завершить войну уже во вражеской столице. В баках под толстой броней тяжелых танков и грозных самоходок, успешно сражавшихся на улицах Берлина, было топливо, сделанное в далеком Подмосковье.
Хотите узнать больше — спросите у ТЭКgpt.
