Цифровые ключи от подземного мира: история, случившаяся у реки Чоны
Возле реки Чоны в Восточной Сибири десятилетиями скрывался один из самых сложных подземных «лабиринтов» в истории энергетики. Рассказываем, кому удалось составить его первую карту и что для этого пришлось сделать.
Подземная головоломка
О внушительных запасах нефти у реки Чоны на границе Иркутской области и Якутии геологи знали с 1970-х годов. Первые исследования показали, что местные породы могут скрывать больше миллиарда тонн углеводородов. Оставалось только детально изучить строение недр и подобрать подходящие инструменты для добычи.
Месторождения Восточной Сибири располагаются в сверхсложных геологических условиях. У них блоковое строение с многочисленными разломами и трещинами, а также аномально низкая температура.
Ольга-Мария Радзиевская
Геолог «Газпром нефти»
Здесь нет огромных подземных «озер» нефти. Вместо этого — множество небольших участков толщиной около шести метров, что примерно вдвое меньше, чем на других месторождениях Восточной Сибири. Из-за этого Чонские залежи напоминают сложный подземный лабиринт: прежде чем двигаться дальше, нужно понять, как устроены все его скрытые ходы.
Цифровой навигатор для подземелья
Справиться с этой головоломкой специалистам Группы «Газпром» помогли цифровые технологии. Той самой «картой лабиринта» стала виртуальная модель недр, созданная с помощью современных методов сейсморазведки.
Мы собрали колоссальное количество данных и с помощью собственных цифровых инструментов построили геолого-гидродинамическую модель. Так удалось понять особенности залежей, просчитать разные варианты работы с ними и выбрать наиболее эффективные решения.
Артем Кибирев
Старший геолог «Газпром нефти»
Часть операций выполняла первая в России роботизированная установка для бурения скважин на суше. Такой комплекс работает практически без участия человека: сам собирает и разбирает бурильные и обсадные трубы, спускает их под землю и поднимает обратно. Это ускорило работы примерно на треть и повысило безопасность.
За строительством скважин круглосуточно следили из Центра управления бурением в Тюмени — в тысячах километров от реки Чоны. Геологи, геомеханики, инженеры по бурению и петрофизики отслеживали поведение пород под землей и корректировали траекторию бурения.
Конструктор для тайги
Пока под землей бурили сложные скважины, на поверхности шла стройка. Всего за два года посреди тайги появился производственный комплекс из 150 объектов. Обычно на создание подобной инфраструктуры уходит не менее пяти-шести лет.
Мы поставляли блочно-модульное оборудование на месторождение почти готовым. Уже на месте собирали его как конструктор — это ускорило строительство, сократило объем работ и сохранило многолетнемерзлые грунты.
Альберт Мухамедьянов
Исполнительный директор «Газпромнефть-Заполярья»
За пару лет на территории комплекса появились трубопроводы, энергоцентры и жилые модульные дома для вахтовиков. Сердцем нового промысла стала установка подготовки нефти: здесь сырье со скважин очищают и отправляют на транспортировку.
За качеством нефти следят специалисты местной лаборатории. Каждые 12 часов они проводят высокотехнологичные исследования: проверяют температуру застывания, вязкость, содержание солей, парафинов и других примесей. Изучают даже цвет, ведь на Чоне встречается почти вся палитра оттенков нефти: от темных до светло-янтарных.
«Есть янтарные, прозрачные, бурые, зеленоватые, почти красные и черные оттенки. Цвет нефти зависит от физико-химических свойств и геологических условий месторождений. Чем она светлее, тем больше в ней легких углеводородов — основных компонентов бензина и керосина», — говорит Любовь Киселева, специалист лаборатории.
Есть у чонской нефти и другая особенность — она очень холодная. Из-за близости вечной мерзлоты ее температура составляет всего 10–25 градусов. Холодная нефть более густая и вязкая, зато содержит меньше примесей — смол, серы и парафинов, что облегчает ее переработку.
Хотите узнать больше — спросите у ТЭКgpt.
