Китовый жир: что такое ворвань
На протяжении нескольких столетий китовый жир из-за своих горючих свойств был одним из самых популярных видов топлива. Его использовали для освещения помещений и улиц. Бурное развитие промышленного производства в XIX веке увеличило потребность в ресурсах, что поставило некоторые виды морских млекопитающих на грань вымирания. «Энергия+» разобралась, какую роль в судьбе крупнейших животных на планете сыграла нефть.
Биотопливо донефтяной эпохи
К середине XIX века на грани вымирания оказались сразу несколько видов китов: китобои охотились на синих, серых, южных, гладких китов, кашалотов и сейвалов по всему миру. Ценность для охотников представлял китовый ус — из его щетины набивали мебель, делали щетки, дамские корсеты и другие предметы. Но главной целью китобойного промысла в то время была добыча ворвани — жира, который служил топливом и широко использовался в промышленности.
Ворвань имеет желтый или бурый цвет и издает крайне неприятный запах. Ее заливали в огромные лампы для помещений и в уличные фонари. Стремительный рост городов и развитие промышленности неуклонно увеличивали потребление китового жира.
Ворвань еще долго могла нести свет и уносить жизни китов, если бы не открытие во львовской аптеке «Под золотой звездой», где польский фармацевт Игнаций Лукасевич экспериментировал с дистилляцией сырой нефти.
Осенью 1852 года Игнаций, отучившийся фармакологии в Кракове и Вене, вернулся к своему работодателю — аптекарю Петру Миколяшу во Львов и вместе с другим исследователем Яном Зехом занялся выведением новых лекарств на основе нефти.
По городу ходили слухи, будто хозяин аптеки поручил фармацевтам научиться добывать из нефти водку. Но через пару месяцев, перегоняя нефть, ученые получили не лекарство и не алкоголь, а желтоватое масло, дававшее при горении необычайно яркий и ровный свет. Этой жидкостью оказался керосин.
Игнаций Лукасевич и Ян Зех не были единственными химиками своего времени, интересовавшимися свойствами нефти. На другом берегу Атлантики, в Новой Шотландии, осветительное масло во время перегонки каменного угля еще в 1846 году получил канадский врач Абрахам Геснер. Но его технология была дороже, чем у польских коллег, кроме того, он не создал безопасную лампу.
Новому топливу — новую лампу
Сначала ученые попытались заливать керосин в обычные масляные лампы из стекла, но такая конструкция оказалась взрывоопасной. Тогда они придумали сжигать керосин в цилиндре из толстой жести. В нижней части устройства фармацевты расположили сосуд с керосином, а горящий фитиль вывели в верхнюю часть лампы, которую окружили плотным стеклом.
Керосиновая лампа превзошла масляную: свет от нее был гораздо ярче — одна «керосинка» могла заменить несколько десятков восковых свечей. Со временем использовать нефть стало выгоднее, чем ворвань. Во второй половине XIX — начале XX века заметно увеличились объемы нефтедобычи, и керосин, как побочный продукт переработки нефти, стал продаваться в магазинах и аптеках по сравнительно низким ценам.
Важную роль сыграло и массовое производство керосиновых ламп — в конце XIX века их выпускали несколько крупных фабрик, самая известная из которых — венская «Братья Брюннер, Гуго Шнайдер и Рудольф Дитмар». В Российской империи к промышленному производству керосина приступил в 1859 году крупный завод в Сураханах (сегодня он расположен на территории Азербайджана).
Топливный переход как средство спасения
Дешевый и эффективный керосин со временем завоевал симпатии простых потребителей и промышленников, вытеснив с рынка китовый жир. Так развитие нефтяной индустрии помогло спасти от вымирания несколько видов крупнейших на планете животных.
Массовое истребление китов заметно сократилось, но не остановилось совсем. Мораторий на китобойный промысел многие страны ввели лишь к концу XX века, а охота на некоторые виды китов не запрещена до сих пор.
